7fd63a3e

Коковин Евгений - Понедельник



Евгений Степанович КОКОВИН
ПОНЕДЕЛЬНИК
Своего прадеда я никогда не видел, но много слышал о нем от деда.
Рассказывал дед, что был его отец, Иван Никанорович Куликов, человеком
словно из дуба мореного. Участвовал Иван Никанорович в Синопском бою и, по
словам деда, видел даже самого Нахимова. Слыл он в Поморье безбожником,
посмеивался над попами и монахами. Побывал прадед во всем мире, повидал
моря и океаны, разные города и страны. Словом, человек бывалый, доброй
морской закваски.
Суеверий у моряков раньше было сверх ватерлинии1. Но мой прадед на все
поплевывал и верил только в одно: в несчастье понедельников. В первый день
недели он не начинал никакого дела и уж, конечно, никогда в этот день не
выходил в море. На седьмом десятке Иван Никанорович все еще плавал
шкипером. Был у него славный трехмачтовый парусник "Апостол Павел", а
принадлежал этот "апостол" купцу-негоцианту Курову. Куров любил Ивана
Никаноровича, ценил его, как опытного, надежного судоводителя. Под началом
Ивана Никаноровича Куликова "Апостол Павел" приносил Курову изрядные
прибыли, и старые моряки подшучивали: "Кулик да кура живут душа в душу".
Но вот старый купец, как говорят моряки, "отдал концы", и все его большое
торговое дело по завещанию перешло к сыну, Курову-младшему.
И тут началось. Началось с понедельника. А прадед мой так до конца жизни и
не понял, приносит ли понедельник несчастья или это такой же обычный день,
как все остальные дни недели.
Судите сами. "Апостолу Павлу" предстоял длительный и трудный рейс. И отход
судна хозяин, Куров-младший, назначил на понедельник. Шкипер Куликов
запротестовал: "Не пойду в понедельник, утром во вторник выйду в море".
Молодой хозяин настаивал на своем. Хозяин и шкипер не на шутку повздорили.
Была раньше у моряков поговорка, вроде она из песни: "Свет не клином
сошелся на твоем корабле, дай, хозяин, расчет!" Эту поговорку в ссоре и
выкрикнул мой прадед. Так они и расстались, так Иван Никанорович покинул
своего любимца "Павла".
"Апостол Павел" с новым шкипером отплыл в море в понедельник, а Иван
Никанорович, хотя и крепкий был человек, загрустил, затосковал и даже
захворал, должно быть, от обиды, от переживаний. Плавать ему уже больше не
пришлось.
Через три месяца "Апостол Павел" вернулся в порт целехонький, невредимый.
Не было ни одной аварии, ни одного несчастного случая. А бывший его шкипер
еще больше занедужил, узнав о благополучном рейсе, начавшемся с
понедельника. Вскоре он умер. Кто знает, может быть, не уйди он с "Павла",
плавал бы Иван Никанорович счастливо и удачно еще много лет. Только
упрямый старик перед смертью все еще твердил: "Эх, напрасно я ушел с судна
в понедельник!" Вот и поймите его, и судите сами.
Мой дед и мой отец тоже были моряками. Море они оба любили и о профессии
своей всегда говорили с гордостью. Но, как я замечал, понедельник был для
них тоже не по душе. Отец капитанил даже в наше, советское, время, а
проделывал, говорят, такие штуки: если отход назначен на понедельник,
отшвартуется, выйдет на бар, а там отдаст якорь и ждет до полуночи, то
есть до начала вторника.
Между тем, дед рассказывал одну, слышанную им где-то любопытную историю.
Молодой капитан, противник всяких суеверий, поспорил со старыми
капитанами. Спор происходил как раз в понедельник. "Ладно, - сказал
молодой капитан своим противникам, - докажу вам, что все это чепуха, ваши
понедельники!"
Было дело еще в старые времена, и молодой капитан являлся, видно,
человеком состоятельным. Заду



Назад