7fd63a3e

Коковин Евгений - Восстание В Казарме



ЕВГЕНИЙ СТЕПАНОВИЧ КОКОВИН
ВОССТАНИЕ В КАЗАРМЕ
1
В морозное ноябрьское утро 1918 года на высокий берег Северной Двины у
Смольного буяна поднялся бородатый человек, простой крестьянин. Он осмотрелся,
отёр шапкой со лба пот и спросил у первой встречной гимназистки, как пройти на
Новую дорогу.
- Это набережная, - с готовностью начала объяснять гимназистка, - потом
параллельно идёт Средний проспект, а дальше, параллельно Среднему, Новая
дорога, или официально - Петроградский проспект.
- Парельно? Это значит вдоль или поперёк? - озадаченно спросил крестьянин,
дивясь непонятному слову.
- Вдоль, вдоль, - ответила гимназистка и засмеялась.
Поблагодарив девушку, крестьянин неторопливо направился в указанную
сторону.
На безлюдных улицах было тихо. Промёрзлый снег чуть поскрипывал под
ногами. Дым поднимался над трубами прямыми столбами. Воздух густо синел от
мороза и казался осязаемым. На верхушках сказочных, белых от инея деревьев
сидели сутулые неподвижные вороны.
Пройдя квартала два, крестьянин остановился, чтобы посторониться.
Навстречу ему шли три офицера: двое в огромных жёлтых шубах - англичане,
третий - в зелёной бекеше со светлым барашковым воротником - белогвардеец.
- Что, старина, холодно? - на ходу спросил белогвардеец.
- Да нет, ваше благородие, - улыбнулся крестьянин. - Оно нам привычно. Мы
тутошние...
- Ай эм вери коолд, - сказал один из англичан, зябко поёживаясь.
- Будет ещё морозить? - спросил белогвардеец.
Крестьянин поднял голову.
- По-нашему, будет. Птица на макушки лезет, и дым к небу идёт. Приметы
верные...
Белогвардеец и англичане пошли дальше.
Крестьянин усмехнулся и направился своей дорогой.
Кто мог заподозрить в бородатом крестьянине с характерным северным говором
человека не здешних мест? Документы у него были в полном порядке - пусть хоть
сам комендант проверяет: Егор Тихонович Леонтьев, крестьянин Холмогорского
уезда, Архангельской губернии. Зачем приехал? "А приехал разузнать, нельзя ли
сынишку куда к делу в городе пристроить".
Егором Тихоновичем Леонтьевым он стал недели две назад. Питерский рабочий,
большевик, командированный на Северный фронт, Дмитрий Сизов никогда не бывал в
Архангельске. Когда "потребовалось направить человека в Архангельск для связи
с большевиками-подпольщиками, он вызвался добровольно. В городе его никто не
знал, потому действовать ему было безопаснее.
Сизов отпустил бороду, оделся по-крестьянски и дней десять среди своих
"входил в роль". А потом, захватив пачку листовок и надёжно упрятав их в
подкладке ватных брюк, отправился. Задание было нелёгкое: связаться с
архангельскими подпольщиками-большевиками и вместе с ними препятствовать
отправке подкреплений и боеприпасов белым.
Два адреса и три фамилий - всё, что ему сообщили в политотделе для начала
действий в Архангельске - он знал на память.
...Сизов нашёл дом, который ему был нужен. Во дворе высокая старуха в
короткой мужской куртке и девочка лет семи, укутанная в огромный платок,
пилили дрова, с трудом продёргивая в толстом бревне пилу.
- Бог помочь! - сказал Сизов, приподняв шапку. - Где тут, хозяюшка, Афонин
Пётр Гаврилыч живет?
Старуха отпустила рукоятку пилы и выпрямилась.
- Жил, да теперь не живёт, - сказала она.
- Уехал куда, что ли? - спросил Сизов.
- А кто знает, уехал или что. А только забрал вещи да и ушёл третьего дня.
Его тут вчера ночью спрашивали полицейские или солдаты - не пойму. Разрыли всё
в комнате, искали чего-то.
Сизов сообразил, что Афонин предусмотрительно ск



Назад