7fd63a3e

Коковин Евгений - Жили На Свете Ребята



КОКОВИН ЕВГЕНИЙ СТЕПАНОВИЧ
ЖИЛИ НА СВЕТЕ РЕБЯТА
КИРИЛКА
Жили на свете ребята...
"На свете" - так только говорится. А ребята, о которых я хочу рассказать,
жили на одной улице и даже в одном доме.
Дом был деревянный, двухэтажный и ничем не отличался от многих других
домов, построенных в поселке затона за последние годы. С трех сторон его
облепили балконы и веранды, зимой - заснеженные и скучные, зато летом -
веселые, увитые буйным хмелем и пестрящие яркими бархатистыми цветами.
Просторный двор дома по краям был застроен дровяными сараями. У забора
росли два молодых тополя. Деревья росли быстрее ребят. Двенадцатилетний
Кирилка помнил, как привезли к ним во двор эти тополя - совсем тоненькие
стволики с жидкими и вялым ветвями. А теперь они разрослись, поднялись выше
окон второго этажа, их пышные ветви перекинулись через забор. А Кирилка все
еще не мог дотянуться до верхней доски высокого забора.
В затоне ремонтировались моторные катера и небольшие буксирные пароходы.
Здесь работали отцы, матери и старшие братья многих ребят.
В двух километрах от затона и поселка на высоком берегу широкой северной
реки раскинулся портовый город. Если смотреть на него со стороны реки - с
лодки или с парохода, город был очень красив. Березовый бульвар окаймлял
набережную. Сквозь зелень бульвара кое-где проглядывали белые здания. В густой
листве здания прятали свои темные окна. Но стоило появиться солнцу, и его
меткие лучи легко находили оконные стекла. Далекие ослепительные отблески в
окнах походили на электросварку, которую ребята видели в затоне.
За бульваром, выше по берегу реки тянулись причалы. У причалов грузились и
разгружались пришедшие с моря пароходы и теплоходы. Словно хоботы склонялись
над трюмами пароходов подъемные краны. Вблизи берега на рейде дремали
рыболовные тральщики, боты и высокомачтовые красавицы шхуны.
Побывать в городе все затонскне ребята считали за счастье. Затон
соединялся с городом трамвайной линией. Но куда интереснее было плыть по реке
- на лодке или еще лучше на моторке - мимо стоящих на рейде кораблей, мимо
лесных бирж и низких песчаных островков, густо поросших ивняком и ольхой.
Началась вторая половина мая. Был теплый воскресный день.
Рано утром, как всегда, первым во двор вышел Кирилка. Непричесанный,
спросонок еще хмурый, он казался ко всему равнодушным. Но на самом деле
Кирилка был дотошный и всесведущий человек. Среди ребят он всегда первым
узнавал обо всех самых больших и самых малых событиях, которые происходили в
поселке и в городе. А если новостей не было, Кирилка что-нибудь сам
придумывал. Иногда любил он и приврать.
Знакомства у Кирилки в рабочем поселке и в загоне были самые широкие. Его
знали и малыши-дошкольники и старые затонские мастера. Учился Кирилка так, что
пятерки и двойки по соседству уживались у него в дневнике.
Жил Кирилка вдвоем с матерью. Мать работала в одном из цехов затона
уборщицей. Сын редко видел ее и пользовался неограниченной свободой. Другие
мальчишки даже завидовали ему. Дома Кирилке нужно было только напилить и
наколоть дров да вскипятить к приходу матери чай, что он всегда выполнял
исправно. Остальное время он проводил на берегу реки, бродил по поселку или
уходил в лес.
В доме его любили, потому что он никогда не отказывался помочь другим
семьям - напилить дров, сходить в магазин или выполнить еще какое-нибудь
несложное дело. А времени для этого у него было предостаточно.
Сейчас Кирилка оглядел все окна дома, но никого не увидел. Ребята,



Назад